23 сентября 1998 года (среда)

Жизнь продолжается. Миша уже работает, дети учатся, а я заново учусь жить, только теперь уже без Миши. Раньше просто жила, не думала о жизни - некогда было. А теперь как будто остановилась. Что я? Кто я? Ради чего?
Неужели надо жить ради кого-то? Это у всех или только у меня такие мысли? Стала много думать и рассуждать, голова раскалывается от разных мыслей. Самое главное, перестала думать о самоубийстве. Так хотелось сделать назло, чтобы он понял, кого потерял. какое счастье, что ничего не предприняла, наверное, он даже не заметил бы, что меня не стало. А может обрадовался бы?
Надо жить, тем более что есть ради кого - ради детей. Кому они нужны кроме меня? Надо думать о них. Но трудно, очень трудно. Надо с ними заниматься, но не могу. Даже вкусно готовить не получается, приходится заставлять себя стараться.

Может бог пошлёт мне ещё настоящего мужчину, который меня поймёт и оценит? Говорят же, что иногда бог отнимает для того, чтобы потом вознаградить по полной. Сейчас для меня главное, не опуститься до уровня его любовницы. Знакомые мужчины предлагают переспать с ними, как будто с цепи сорвались. Но я их презираю, они ведь женаты. Говорят, давай Мише назло сделаем. Разве так можно? Как они потом жёнам в глаза будут смотреть, а как я с их жёнами буду общаться? Одним словом, дурдом какой-то. Как будто только и ждали, чтобы он меня бросил.
А Мишу нечего мучить. Пусть живёт с ней, раз она делает его счастливым.
А мне очень трудно и плох без моего Антошечки. Как он там живёт?

Очень благодарна сестре, поддерживает меня. Хотя хотела переехать к ней, но она не хочет. сначала поддержала эту идею, потом отказала.
Вот скоро подам на алименты. Не могу смотреть в глаза детям, ведь денег Миша не даёт, продукты тоже не покупает, за квартплату не платит. Пришло сообщение, что свет отключат, пришлось деньги занимать.
Детям ничего плохого не говорю. Живут спокойно.
Как только Миша может так с нами поступать? Сам говорил, что несчастлив от того, что родители его не любили, а сам не только не любит своих детей, но и бросил их. И я, и дети так верили ему, так любили его.
Быстрее надо на алименты подавать, дети кроме хлеба ничего больше не видят. Хорошо что дача ещё есть, хоть овощи и ягоды едим иногда.