26 сентября 1992 года

В течение месяца не было желания писать. Это для меня хорошо, значит, не было плохого настроения, не было желания поплакаться в дневник.
А может просто не было времени? Ведь всё равно неспокойно на душе. Может хватит сидеть и ухаживать за детьми и мужем. Но кто будет смотреть за детьми в моё отсутствие. Они вечно во что-то вляпываются. Однажды притащили велосипед, я спрашиваю, откуда? А они лежал бесхозный во дворе. Так недолго и в милицию загреметь.
Сама я чувствую усталость, нет поддержки ни от кого. Мои родные далеко, новых знакомств я не завязала. Хотя меня любят и уважают соседи, но они чужие. Надо бы выйти на работу, но Рому жалко, он ещё такой маленький.
Хочется уехать куда нибудь, но только с детьми. Я не вижу без них своей жизни. Город детства моего мужа не стал для меня родным.

На своего родного муженька тоже не могу смотреть, как раньше - с любовью и нежностью. С некоторых пор он стал ассоциироваться только со своей мамой. Раньше я ревновала, бесилась, а сейчас мне хочется, чтобы он уходил к ней и не возвращался. Так достали меня они оба.
Его мамочка придёт и хозяйничает у меня, как у себя дома. Может высмеять, оскорбить, обозвать, а Мише всё равно. Почему его мама себе позволяет такое? Я ведь уважаю её за то, что она его мама, ничего плохого о ней не говорю. Помогаю ей по дому, полы мою, окна чищу, хотя могла бы не ходить к ней домой. У меня своя квартира, своё хозяйство.
С детьми мне она не помогает, ей некогда. Вообще мне она ничего не должна, но внуки-то её, даже они её не интересуют. Гостинцев никогда не принесёт, говорит я сама подарочек. так она отвечает своим внукам.

Я так радовалась раньше, что именно Миша мой муж. Сравнивала с его братишкой, таким безалаберным, а в итоге его брат оказался лучше. Он всё время защищает свою жену и детей от нападок своей матери. Говорит, это моя семья, это мой выбор, не вмешивайся в мою семью, я сам разберусь. Молодец! Вот настоящий мужчина. Только националист он, считает себя армянином, а остальные для него ничто. Только армяне люди (как Гитлер рассуждает). Но семью смотрит, жене помогает.
А я как была дурочкой такой и осталась, потому что для меня всё равно на первом месте остались любовь и чувства. Всё равно от любви мне не избавиться, хотя к этому я и не стремлюсь. Разве можно жить без ЛЮБВИ?
Здесь в Туркмении я постоянно болею. Вода противная, жарко, мухи. Так мой родной муж сказал, что это меня Бог наказывает. За что? Разве так можно говорить матери его детей? Его не трогают мои слёзы, хотя бы подошёл, обнял, посочувствовал.
Но что его удерживает возле меня? Я ведь не цепляюсь за него. Хотела уехать, не отпускает. Конечно, мне без него тоже не хочется продолжать жить, я ведь его люблю. Я не могу без него. Он для меня, как кислород.
По дому ничего не делает, сколько раз просила помочь, а он только ссылается на усталость и занятость.
Хочу убедить себя, что смогу прожить без него, а сердце говорит - нет. Раньше я так боялась за него, хотела всё время быть рядом. Когда он куда-нибудь уезжал, боялась отпускать, думала, что в аварию попадёт или машина его собьёт, в этот момент хотела быть рядом, чтобы вместе, чтобы не осталась я без него.
Я вообще какая-то странная женщина, всё время думаю о любви. Не надо было много книг читать о любви. Любовь есть, но мне не повезло, она у меня односторонняя, только с моей стороны. Я думала, что моей любви достаточно. Как же я ошибалась - любовь должна быть взаимной! Чтобы не приходилось кому-то терпеть кого-то. Так-то вот.
Может без любви надо жить? Может быть, но как быть, если она есть? Я думаю, что нет любви - нет страданий...